В детстве я любила кувыркаться.

Кувырок через голову — и ты уже не маленькая кудрявая девочка, а принцесса, артистка или волшебница.

Мексика…

Кувырок — и другая планета.

А я в ней — волшебница.

Вокруг — маги, чародеи, тайны.

И всё это — одна Gran Misteria, сочинённая Великим Духом индейцев.

Что это за земля такая, сплошь утыканная, пронизанная тайнами и сокровищами, где в любую минуту ждёшь чуда — и оно происходит?

В этой поездке с группой искателей знаний индейцев Майя среди прочих чудес случилось вот что.

Жаркий полдень, усталость и зной несколько уменьшили энтузиазм, и вместо похода на очередную пирамиду, в место силы, группа решила заехать в деревушку, где, как мы с мужем знали, есть небольшое подземное озеро — сеноте.

Это место принадлежит большой работящей индейской семье, хранителям сеноте, священного пространства — входа в inframundo, Нижний Мир.

Мы подъехали к массивным воротам усадьбы.

Дверь открыла Мария — приветливая женщина с ярким, жгучим взглядом.

Она живёт здесь с сыновьями и невестками и служит этому месту со всей любовью и преданностью, на которую способна.

Её муж, умирая, позвал родных и сказал:

— Вы никогда ни в чём не будете нуждаться. Живите здесь всей семьёй, создайте santuario — священный центр Майя — и ждите знака.

Так они и поступили.

Расчистили примыкающий к сеноте холм.

Построили священный круг.

Из камней и цветущих растений создали алтари, как это делали их предки.

Поговорили с деревьями вокруг и стали ждать Знака.

О знаке им сказал и ah-men — шаман, освящавший santuario.

По словам Марии, прошло четыре месяца, а знака всё не было.

Да никто и не знал, чего ждать.

Часто они слышали звуки, раздающиеся из сеноте.

Ночью шалили алюши, заплетая в косички гривы двум лошадям.

Но так было всегда.

А знака всё не было.

Мария рассказала, что прошлым летом, в июле, стояла бесконечная жара.

Дождей не было давно.

Растения страдали от жажды, люди — от палящего солнца.

Сыновья работали: кто ухаживал за животными, кто в поле.

А младший сын, Антонио, сидел, как часто это делал, на вершине холма и просил Дух, чтобы свершилось чудо, чтобы слова его отца сбылись.

Мария возилась на кухне, как вдруг влетел Антонио с вытаращенными глазами, весь дрожащий от возбуждения, и, не говоря ни слова, потащил мать на улицу.

Она крикнула остальным, чтобы быстро шли за ними.

Среди бела дня, в зной, в santuario с деревьев текла вода, как после сильного дождя.

Земля была влажной.

С листьев капали крупные прозрачные капли.

— Это слёзы наших предков, — сказала она.

Семья не сошла с места.

Они оставались в саду всю ночь, на коленях разговаривали с духами дедушек и бабушек, плакали и молились на Майя.

С восходом позвали ah-men.

Земля была освящена.

Чудо свершилось.

И santuario зажил своей жизнью.

Эту историю Мария рассказала мне ещё в прошлом году, показывая сад и священный круг.

В этот наш приезд она вела себя как обычно — доброжелательно и приветливо, но как-то пристально глядя рассеянным взглядом сквозь меня, куда-то за спину, поверху.

Ребята спустились в сеноте.

Я шла последней.

Мария окликнула меня и с торжественным видом сказала, что хочет что-то показать.

Я была настроена идти купаться.

Решила, что сейчас меня поведут в сад, нужно будет карабкаться на холм — и всё… поплавала.

Но Мария повела меня в дом.

В маленькой комнате, в старом шкафу, стояли скульптурки Майя, горшки и черепки.

Она рассказала, что в ночь с 20 на 21 декабря 2012 года во дворе раздался страшный грохот.

Никто не решился выйти на улицу и посмотреть, что происходит.

К утру шум повторился, но глуше.

Утром, поговорив о происшедшем, семья занялась обычными делами.

И вдруг тот же младший сын, Антонио, закричал, чтобы все быстрее шли к нему, к загону для скота.

Подбежав к Антонио, все увидели, что в земле открылась пещера, вход в которую был завален большим камнем.

Камень отодвинули, прочитали молитву и начали расчищать вход.

Уже в первые часы были найдены скульптуры алюшей.

Потом — сосуд, наполненный кристаллами кварца и жадеитом.

Дальше — ножи или резцы из материала, прозрачного, как стекло, и прочного, как металл.

Она несколько раз бросила этот «нож» на каменный пол, чтобы продемонстрировать его прочность.

Дальше — человеческие кости и зубы, обрамлённые золотом, признак жрецов и аристократии древних Майя.

Серебряные серьги.

Снова кристаллы кварца разных цветов и скульптурки.

Работать начала вся семья.

Из земли извлекали один предмет за другим, но копать было сложно.

Вскоре открылся ещё один ход.

Эта часть пещеры ждёт своего часа.

Сыновья Марии работают каждый день.

Я спросила Марию, могу ли я позвать сына.

Она заколебалась, но разрешила.

Когда я спустилась в сеноте за Димой, сыном, вид у меня был, похоже, странный.

Ребята столпились вокруг и начали спрашивать, что случилось.

Я сказала, что расскажу после.

Мы с сыном вошли в дом, и я, набравшись смелости, сказала, что умоляю её позволить войти группе.

В комнату зашёл Антонио, переглянулся с матерью, и они согласились, взяв с нас слово никому не говорить о том, где мы это видели.

Потом нас повели к месту раскопок.

Мы стояли у пещеры, разбираемые любопытством, благоговением и благодарностью за доверие.

Что покажет нам Мария в следующий раз?

Что это за земля такая, где в любом дворе может случиться чудо?

Где тайны открываются посвящённым и не очень.

Где везде слышен шёпот намерения шаманов древней Мексики.

Кувырок — и сказка заканчивается.

Возвращаемся к реальности, в тесные, душные города и квартиры.

Но я знаю, что есть такое место на земле, где я — дома.

Где чудо меня поджидает на каждом шагу.

И я обязательно вернусь сюда.